Главная ~ Афоризмы ~ Поиск по авторам ~ Шопенгауэр

Произведения всех действительно даровитых голов отличаются от остальных характером решительности и определенности и вытекающими из них отчетливостью и ясностью, ибо такие головы всегда определенно и ясно сознают, что они хотят выразить, - все равно, будет ли это проза, стихи или звуки. Этой решительности и ясности недостает прочим, и они тотчас же распознаются по этому недостатку. 

Если шутка прячется за серьезное - это ирония; если серьезное за шутку - юмор.

Красота - это открытое рекомендательное письмо, зараннее завоевывающее сердце.

Как лекарство не достигает своей цели, если доза слишком велика, так и порицание и критика - когда они переходят меру справедливости.

Человеческую жизнь нельзя, в сущности, назвать ни длинной, ни короткой, так как в сущности она именно и служит масштабом, которым мы измеряем все остальные сроки. 

Каждый усматривает в другом лишь то, что содержится в нем самом, ибо он может постичь его и понимать его лишь в меру своего собственного интеллекта. 

Люди подобны часовым механизмам, которые заводятся и идут, не зная зачем. 

То, что есть в человеке, бессомненно, важнее того, что есть у человека. 

Проповедовать мораль легко, обосновать ее трудно.

Стремление к волшебству имеет свое основание в сознании, что мы, а также весь мир, с его временным бытием, имеем еще вневременное бытие, от которого проложен одинаково короткий путь к каждой точке пространства и времени, а следовательно, и к любому материальному предмету. Но вследствие суеверного смешения понятий мы не замечаем, что ведь всякое событие происходит во времени, а следовательно, исключает возможность волшебства, и что хотя сама воля имеет магические свойства.

Сострадание - основа всей морали.

В национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа.

Нет лучшего утешения в старости, чем сознание того, что удалось всю силу молодости воплотить в творения, которые не стареют.

Науку может всякий изучить - один с большим, другой с меньшим трудом.

Любовь - большая помеха в жизни.

Государство - не что иное, как намордник для усмирения плотоядного животного, называющегося человеком, для придания ему отчасти травоядного характера.

Богатство подобно морской воде, от которой жажда тем больше усиливается, чем больше пьешь.

С точки зрения молодости жизнь есть бесконечное будущее; с точки зрения старости - очень короткое прошлое.

Женщины, существуют единственно только для распространения человеческого рода, и этим исчерпывается их назначение.

Счастье и наслаждение не более, как фата-моргана, видимая только издали и исчезающая при приближении; что страдание и боль имеют, напротив, реальность, непосредственно сами себя заявляют и не нуждаются в иллюзиях и ожиданиях.  

Кто не любит одиночества - тот не любит свободы.

Убогий человечек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.  

Отдельный человек слаб, как покинутый Робинзон: лишь в сообществе с другими он может сделать многое.

Каждый человек может вполне быть самим собою только пока он одинок. 

Все негодяи, к сожалению, общительны.

Объективно - честь есть мнение других о нашей ценности, а субъективно - наша боязнь перед этим мнением. 

Врач видит человека во всей его слабости, юрист - всей его подлости, теолог - во всей его глупости. 

Здоровье до того перевешивает все остальные блага жизни, что поистине здоровый нищий счастливее больного короля.

Читать - значит думать чужой головой, вместо своей собственной.

Сигара может послужить хорошим суррогатом мысли.